Благими намерениями?..

О ювенальной юстиции, внедрении данной системы в российское общество говорят не первый год. И если несколько лет назад был разговор только об открытии экспериментальных «пилотных» площадок для апробации западных технологий в условиях отечественных реалий, то сейчас этот вопрос приобрел уже более серьезный характер. Может статься, что в ближайшее время ювенальная юстиция останется единственной схемой взаимодействия государства и ребенка, государства и семьи. К чему же приведет этот шаг (если таковой, конечно, случится)? Чего нам ждать от ювенальной юстиции? Приводим вашему вниманию два мнения.

Светлана РОГАЛЬСКАЯ, заместитель директора по социальным вопросам МУ «Комплексный центр социального обслуживания населения Пуровского района»:

- Лично мое мнение таково, что на территории Пуровского района вводить ювенальные технологии пока рано, мы к этому не готовы. Может быть, стоит наработать какой-то определенный опыт, подготовить специалистов. Причем я говорю не о том, чтобы переучить – специалисту с его опытом работы перестроиться довольно сложно. Здесь разговор именно об учебе молодых специалистов. Если сразу ввести ювенальные технологии в общество без подготовительного этапа, дети, с присущим им юношеским максимализмом, будут неправильно истолковывать свои права, злоупотреблять ими. Дети не всегда могут правильно оценить ситуацию. Да, ребенок может сказать: «Я уйду от родителей. Мне без них будет лучше». Но он не может просчитать, к чему это приведет в будущем. А ведь при введении ювенальной юстиции назад пути практически не будет.

Прежде всего, необходимо наработать опыт, изучить плюсы и минусы. Только после этого, может быть, можно будет принимать данную систему у нас. Но только не копировать западные технологии, а разрабатывать собственную систему, с учетом наших национальных особенностей. А западная модель для нас неприемлема.

Сейчас не совсем понятно, как можно определить, насколько соотносятся нормы жизни для городского и тундрового жителя, с какими критериями подходить к этому вопросу. Это – во-первых. А во-вторых, не всегда тот же социальный работник, владеющий ювенальными технологиями, сможет адекватно оценить ситуацию. На любой конфликт есть несколько взглядов: родителей, детей, человека, который приходит извне. Сейчас основная задача органов профилактики – сохранение семьи. Изъятие же ребенка из семьи, что предполагает ювенальная юстиция, повлечет за собой плачевные результаты и для детей, и для родителей.

Я согласна с тем, что семейные дела, дела в отношении правонарушений детей должен рассматривать не мировой или федеральный судья, а человек, знающий детскую возрастную психологию. Но наше общество еще к этому не готово. А для того, чтобы общество приняло ювенальные технологии, необходимо проделать колоссальный труд, и для этого нужен большой промежуток времени – не год и не два.

Предлагаемая ювенальная юстиция - система, нацеленная, с одной стороны, на максимальное смягчение отношения к несовершеннолетним правонарушителям: повышение срока ответственности до 18 лет, замена уголовной ответственности на «альтернативную», а с другой стороны – под предлогом защиты интересов детей – максимальное ограничение прав родителей и внедрение технологии узаконенного изъятия из любой (!) семьи любого (!) ребёнка.

Если следовать предлагаемой идеологии, взрослый, как законопослушный гражданин, должен знать, как он обязан воспитывать своего ребенка. При этом нигде не говорится, как обязан себя вести ребенок, к чему могут привести те или иные его действия. Ни один из родителей не желает зла своему ребенку. И большинство из них воспитывает своих детей на модели воспитания, которая применялась к ним в детстве. И модели эти разные, которые абсолютно адекватно применимы к своим детям, но неприемлемы для других. А здесь предлагается общая модель, что, по-моему, неправильно. И в этом случае будут рушиться семьи. Это будет настолько мощный удар по главной ячейке общества, что не каждая семья это сможет выдержать.

Руслан АБДУЛЛИН, отец шестилетней дочери:

- В последнее время о введении системы ювенальной юстиции говорится очень много. Естественно, меня, как человека семейного, не могла не заинтересовать эта тема. И вот, изучив материалы, которыми пестрит Интернет, просмотрев море передач на данную тематику, выходящих по центральным каналам телевидения чуть ли не каждый день, просто оторопел. Получается, что в любое время ко мне без предупреждения может зайти человек из органов ювенальной юстиции и с полным правом начать шариться по шкафам, заглядывать в холодильник, устраивать допросы. И здесь сплошные вопросы. Простите меня, на каком основании? Как же быть с принципом «мой дом – моя крепость»? А как же мои конституционные права? Абсолютно бесспорно, что права ребенка должны защищаться. Но мне кажется, что права эти должны защищать, в первую очередь, родители, а не чужие, непонятно каким образом попавшие в соответствующие органы, экзальтированные от чувства своей безграничной власти дяди и тети. Они, что, лучше родных людей знают, что необходимо их чаду?

И еще. Вникнув в суть проблемы, четко ощутил, что под действие правил ювенальной юстиции, под их карающий кистень может попасть абсолютно любая семья. Нет у тебя дома апельсинов – будь добр, отдавай ребенка на государственное воспитание на основании недостаточного обеспечения витаминами. Нет у ребенка ноутбука (который позволить себе может не каждая семья) – нарушаются права в смысле обеспечения «необходимыми» средствами обучения. Да даже, если все это у тебя есть, то и тогда ты не застрахован – как показывает европейская практика, причины вовсе не обязательны. Достаточно заявления от соседа, знакомого, любого человека, с которым у тебя не очень хорошие отношения. Вот уж где «благодатная» почва для процветания «стукачества» и сведения счетов. Мы ведь это уже проходили, не правда ли?

Сторонники ювенальной юстиции очень много говорят о защите прав детей. Но что-то ни один из них не говорит об обязанностях ребенка. Их что, отменят? И к чему это приведет? Вспомните фильм «Класс», удостоенный Пальмовой ветви Каннского кинофестиваля, недавно прошедший по Первому каналу. Так вот там доведенное до абсурда заигрывание с подростками в одной из французских школ привело к полной неуправляемости в ходе учебного процесса учениками – детьми эмигрантов из Африки.

Основной фигурой ювенального правосудия станет «помощник судьи с функциями социального работника», который получит право без всяких ордеров входить в дома, проверять содержимое шкафов и холодильников и по своему субъективному мнению в досудебном порядке изымать наших детей из семьи. Не подчиниться ему будет нельзя.

Как же семейные ценности?..

Ещё на уровне пилотных проектов, заработавших не так давно в разных регионах нашего государства, закон о ювенальной юстиции вызывает множество споров и несогласий. В основном потому, что ЮЮ ставит под сомнение базовые морально-этические понятия нашего общества. Наш традиционный взгляд на семью идёт вразрез с представлением о семье сторонников ЮЮ. А значит, есть опасения, что наши привычные семейные устои, которые складывались веками и легли в основу российского менталитета, с принятием данных законодательных новшеств вдруг окажутся ложными.

Начальник отдела защиты прав детей департамента образования администрации Пуровского района Ольга Олеговна БОРЗОВА рассказала о сути спорных моментов в отношении ЮЮ, а также о том, в чём, на её взгляд, заключается опасность принятия нового закона:

- Наш отдел, ознакомившись с проектом ФЗ «Об основах системы ювенальной юстиции», опытом работы зарубежных стран и регионов, уже использующих ювенальные технологии, считает нецелесообразным и преждевременным  внедрение и реализацию этой системы на территории нашего региона.

На сегодняшний день фактически предлагается замена уже существующего в Российской Федерации законодательства на ювенальную юстицию, ориентированную на законодательство зарубежных стран, в частности, на англосаксонскую систему права, которая предполагает точечные изменения в законодательстве страны, что в итоге неизбежно приведет к разрушению как судебных, так и правоохранительных органов. Наше законодательство уже содержит все необходимые нормы, способные надлежащим образом защитить права ребенка, не противопоставляя его при этом семье и родителям. Это является одним из самых спорных и болезненных вопросов ювенальной юстиции, так как независимость семьи и права родителей ставятся под сомнение в многонациональной стране, где традиционно признается исключительная роль семьи в становлении личности. А разрушение семейных связей неизбежно сопряжено с нарушением нормального развития детей.

Конституция РФ закрепляет право родителей на свободу выбора воспитания (о чём говорит статья 26). При ювенальной юстиции родители будут лишены этого конституционного права, так как решение будет принимать ювенальный суд, а если родители будут отказываться от сотрудничества, детей будут изымать из семей, что наглядно подтверждается недавними громкими процессами во Франции и Финляндии, получившими широкий резонанс в российском обществе.

Порочная практика изъятия детей из семей, кроме случаев, представляющих непосредственную угрозу жизни и здоровью ребенка, является рычагом разрушения семьи, а не её оздоровления. При ювенальной юстиции одним из оснований для отобрания будут служить, в частности, плохие жилищные условия семьи. То есть семьи, которые проживают в ветхом и аварийном жилье, в любой момент могут лишиться своих детей.  А как поступать с детьми из малообеспеченных семей, а таких, кстати, большинство у малочисленных народов Севера, которые ведут кочевой образ жизни (читай по новому законодательству «опасный»!) и живут в чумах («нет благоустроенного санузла»!)? По смыслу ювенальной юстиции, дети, живущие в семьях с низким достатком или ведущие кочевой образ жизни, нуждаются в незамедлительном изъятии. О каком сохранении семьи и самобытных национальных традиций может идти речь? Очевидно, что ювенальная система западного образца рассчитана, в том числе, на определённый уровень жизни граждан и применяется в странах, где этот уровень традиционно высок. По данным ООН, эти страны занимают места в первой двадцатке. К примеру, Франция – 10 место, Финляндия – 11, США – 12, Великобритания – 16, а Россия – аж 67 место из 177. В стране, где большая часть населения живет по европейским понятиям за чертой бедности, нельзя перекладывать вину за воспитание «не по западным стандартам» исключительно на родителей.

Статья 29 Конвенции о правах ребенка говорит о необходимости воспитания уважения к родителям ребенка, его культурной самобытности, языку  и ценностям, к национальным ценностям страны, в которой ребенок проживает. Но ювенальная юстиция ставит под угрозу независимость семьи, традиционные детско-родительские отношения, основанные на подчинении младших старшим, ограничивает естественное право родителей на воспитание в избранной им системе ценностей.

Кроме того, вмешательство ювенальной юстиции предусматривается и в Уголовный кодекс РФ. При этом предполагается так называемое «перевоспитание» несовершеннолетних преступников в комфортных условиях, что может способствовать формированию у них чувства безответственности и безнаказанности. Защищая права одних детей, нельзя забывать о праве других на безопасность и защиту от тех, кому предполагается дать шанс на это «перевоспитание». Создание судов, которые будут осуществлять функции правоохранительных, контролирующих и воспитательных органов, приведет к нарушению принципа разделения властей.

Очевидно, что ювенальная юстиция противоречит конституционному принципу независимости семьи, традиционным духовно-нравственным установкам основных религиозных конфессий в нашей стране, разрушает судебную и правоохранительную систему, не соответствует национальным интересам России. Насильственное введение ювенальной юстиции может привести к общественной нестабильности и развитию деструктивных процессов внутри страны.

Сторонники ЮЮ предпочитают не говорить о том, что она неизбежно вторгнется в уголовную, правоохранительную, судебную системы, но, самое главное, что с её принятием сложившийся на сегодняшний день институт опеки может быть безвозвратно разрушен. А огромный опыт работы соцслужб, направленной, прежде всего, на целостность и объединение семьи, попросту утрачен. Акцент в работе новых соцработников будет перенесён с интересов семьи (в которую, кстати, в нашем понимании входят не только родители, но и близкие родственники) на ребёнка. Начальник отдела опеки и попечительства департамента образования администрации Пуровского района Ольга Вениаминовна ЧЕПУР с опорой на свой многолетний опыт работы в службе опеки предположила, к каким последствиям такой правовой перекос может привести, а также рассказала о направленности работы своего отдела:

- Существует несколько форм семейного устройства детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей. Самой распространённой в нашем районе является опека и попечительство. С недавним изменением действующего законодательства стала возможна временная, предварительная, а также опека по согласию сторон. Кроме этого, приоритетной формой остаётся передача детей на воспитание в приёмную семью по гражданско-правовому договору. В нашем районе семь приёмных семей, в которых на воспитании находятся 25 детей. Усыновление детей происходит реже - не более трёх-пяти случаев в год. Всего на регистрационном учёте в нашем отделе числится 280 детей, из них 150 - дети коренной национальности. 

Следует отметить, что в основном, учитывая условия Севера, дети передаются в семьи кровных и близких родственников – две трети от общего числа детей воспитываются родственниками. А это было бы невозможно при введении ювенальной юстиции, учитывая своеобразные условия ведения традиционного хозяйства проживающих на территории нашего района коренных малочисленных народов Севера.

Другой очень важной проблемой в случае введения ювенальных технологий может стать окончательный разрыв детско-родительских отношений в случае лишения родительских прав родителей. На сегодняшний день с оступившимися горе-родителями специалисты органов системы профилактики и, прежде всего, опекуны (попечители) и приёмные родители зачастую поддерживают отношения, стараясь не разорвать их связь с детьми, готовят их к возможности восстановления в родительских правах и, соответственно, к возврату детей в кровные семьи.

Приведу показательный пример, отражающий направленность нашей работы. На протяжении четырёх лет малолетний ребёнок находился под опекой своей бабушки. Его мать была лишена родительских прав, но, благодаря постоянному вниманию и заботе бабушки-опекуна к дочери, стало возможным повлиять на её жизненные обстоятельства и в итоге через суд вернуть ребёнка матери, тем самым изменить ход событий жизни ребёнка, направив его в естественное русло, не противопоставляя его при этом семье и родителям. В ювенальной юстиции это было бы невозможно.

В Пуровском районе благодаря тесному сотрудничеству служб и подразделений системы профилактики, а также комитета по делам коренных малочисленных народов Севера разработан и действует на практике алгоритм работы с проблемными семьями и детьми, оказавшимися в трудной жизненной ситуации. Положительной динамикой можно считать то, что ежегодно при выявлении в среднем до пятидесяти детей, нуждающихся в государственной поддержке, 90 процентов из них устраиваются в семьи граждан, проживающих на территории района в соответствии с действующим законодательством.

Иными словами. Да, деятельность ЮЮ направлена на защиту прав детей. Но ведь это говорит о том, что она не будет заниматься проблемами семьи, не будет стоять на страже интересов родителей, родственников ребёнка, а значит, не решит основные проблемы нашего общества. А для чего или для кого тогда она так необходима?

Беззаконное узаконивание?..

Татьяна ЧЕРЕДНИКОВА, начальник отдела по делам несовершеннолетних администрации Пуровского района:

- Внедрение так называемых «инновационных» ювенальных технологий на территории Пуровского района в настоящий момент нецелесообразно. Семейное и детское неблагополучие, детская безнадзорность требуют от всех субъектов системы профилактики комплексных, совместных действий с целью повышения эффективности государственной политики в данном направлении. Юридически компетентный подход к решению обозначенных проблем обеспечен Федеральным законом «Об основах системы профилактики безнадзорности и правонарушений несовершеннолетних». Согласно ему, каждый из субъектов профилактики выполняет свою роль, обозначенную рядом функций. Система, существующая сегодня, работает. И работает более чем эффективно.

Мнение мое однозначно и понятно. Но здесь хотелось бы рассказать о правовой составляющей проблемы. Имеется мнение эксперта – судьи Верховного суда Российской Федерации Владимира Дорошкова. Его правовой комментарий был озвучен на заседании франко-российского круглого стола, состоявшегося совсем недавно – 15 апреля этого года. Он сообщил следующее: на государственном уровне принято решение о том, что в России больше не будут создаваться ювенальные суды, так как наша страна в настоящее время не готова к введению ювенальной юстиции. Также он пояснил, что программа, на основании которой ювенальные суды создавались ранее, снята с правительственного контроля. Таким образом, существование ювенальных судов в нашем государстве не имеет никаких законных оснований.

Ювенальная система полностью расходится с главным законом России – Конституцией. В соответствии с частью 3 статьи 118 судебная система Российской Федерации устанавливается Конституцией РФ и Федеральным конституционным судом. И ни регулирующий указанные правоотношения Федеральный конституционный закон «О судебной системе РФ», ни сама Конституция не предусматривают ювенальных судов в судебной системе России. Таким образом, никаких иных способов создания данных судебных органов, в том числе и в качестве эксперимента, в законодательстве страны не предусматривается.

Далее. Часть 2 статьи 118 Конституции РФ устанавливает, что судебная власть осуществляется посредством конституционного, гражданского, административного и уголовного судопроизводства. Глава 50 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации достаточно полно регулирует особенности производства по уголовным делам в отношении несовершеннолетних. И именно ею должны руководствоваться суды при рассмотрении данной категории уголовных дел. Отсутствие же законодательного регулирования деятельности ювенальных судов и неясность судейских полномочий ставит под сомнение правосудность принимаемых ими судебных постановлений.

Кроме того, не стоит забывать о том, что отправление правосудия ювенальными судами нарушает конституционное право каждого гражданина на рассмотрение его дела в том суде и тем судьей, к подсудности которых оно (то есть дело) отнесено законом. Об этом говорится в статье 47 все той же Конституции РФ.

А теперь хотелось бы вернуться к комментарию Владимира Дорошкова, точнее к той его части, в которой говорится о снятии ювенальных программ с государственного контроля. Этот шаг означает сворачивание их бюджетного финансирования. Задумайтесь, а на какие средства в этом случае будет внедряться ювенальная юстиция? Если средства на создание ювенальных судов будут выделяться из внебюджетных источников, то такое положение опять же является прямым нарушением статьи 124 Конституции РФ, согласно которой финансирование судов может производиться только из федерального бюджета и должно обеспечивать возможность полного и независимого осуществления правосудия в соответствии с федеральным законом. Надеюсь, здесь все понятно. Если суд будет содержать частное лицо, организация, другое государство, то и правосудие, если его можно так назвать, будет осуществлять по требованию заказчика.

И последнее, о чем хотелось бы сказать. Ювенальная система юстиции предлагает возвысить ребенка в правах над остальными гражданами России. Ни о каких правах для взрослого населения здесь речи не идет. Да, права детей защищать необходимо. Но надо защищать права на здоровье, на образование, отдых и уж никак не на безнаказанность и безответственность.

Семья или детский дом?..

Своим мнением о ювенальной юстиции поделился с читателями нашей газеты заместитель главного врача по медицинскому обслуживанию детского населения Риваз Гурамович АНДРОНИКАШВИЛИ:

- Нужна ли ювенальная реформа в России? На мой взгляд, да. Но ее выполнение должно быть возложено на людей, которые осторожно и с максимальной ответственностью смогут подойти к проблеме ребенка и без всякой предвзятости разобраться в ней. В первую очередь, это должны быть специалисты - социальные педагоги, психологи, следователи и судьи, - хорошо знающие детскую психологию.

Безусловно, модель ювенальной юстиции должна быть полностью адаптирована к России. Не стоит оглядываться на Европу, на работу их специалистов. Вряд ли кто из них поймет, что такое жить в общежитии или когда нет горячей воды летом в течение месяца, или зарплаты родителей хватает только на основные продукты питания, а фрукты и конфеты бывают в праздники. Но при этом дети, живущие в таких семьях, очень счастливы, потому что их любят, на ночь им читают сказки, зимой они с родителями катаются на лыжах, а летом все вместе ездят на рыбалку. Такие семьи под действие ювенальных технологий подпадать не должны. Нельзя наказывать родителей за то, что у них недостойная жил-площадь или не те продукты в холодильнике. Это просто абсурд.

На сегодняшний день закон по защите прав детей, по-моему, далек от совершенства. Его нужно менять, но подходить к этому стоит разумно, делая ставку на сохранение семьи. И как бы она ни была «искалечена», нужно приложить максимум усилий для ее «излечения». Нельзя бездумно лишать всех подряд родительских прав и отправлять детей в приюты, детские дома или сажать в колонию для несовершеннолетних наравне с закоренелыми преступниками. Каждую ситуацию необходимо рассматривать индивидуально, и если доподлинно установлено, что в семье существует угроза жизни и здоровью ребенка, то только тогда следует принимать кардинальные меры.

В детское отделение ЦРБ очень часто поступают дети, которых изъяли из неблагополучных семей, и пока они проходят у нас медицинское обследование и лечение, органы опеки решают их дальнейшую судьбу. Эти ребятишки абсолютно разных возрастов - голодные, грязные, озлобленные. В большинстве случаев к ним применялось физическое насилие, на теле следы от побоев. И когда начинаешь с ними разговаривать или наблюдать за их игрой, то вырисовывается страшная картина их жизни в семье. Но при этом, когда приходит мама после недельного запоя, малыш бежит к ней с улыбкой на лице, обнимает, плачет и шепчет: «Мамочка моя, любимая». Что лучше будет для этого ребенка – семья или детский дом? Мне сложно ответить…

Еще один немаловажный аспект, который касается ювенальной юстиции – это ее прозрачность. Люди должны получать достоверную информацию о том, как работает эта система и что она из себя представляет. Мы должны знать, какие действия ювенальных служб правомочны, а какие – нет. Только при этих условиях данную систему можно внедрять в российское общество.